Гитара вместо костылей

Melody Gardot — Currency of Man (2015)

Девятнадцатилетнюю пианистку Мелоди Гардо сбивает машина. Травмы черепа и позвоночника, раздробленный таз. Она не может ходить – ничего не чувствует ниже талии. Забывает, о чем говорила пять минут назад. Ухудшаются зрение и координация. Лечение не помогает. Один из врачей предлагает нестандартный подход – музыкальную терапию.

Фотография взята из открытых источников

Мелоди не может сидеть за фортепиано. Она играет на гитаре, лежа в кровати. Заново учится петь, хотя совсем недавно выступала в клубах. Сочиняет песни – записывает на домашний магнитофон.

Тексты очень личные – в «Wicked Ride» мама говорит дочери, чтобы она делала все, что в ее силах, ведь жизнь может оказаться злой поездкой. Эти композиции – терапия, а не попытка прославиться. Но местное радио узнает историю Мелоди и предлагает исполнить несколько песен. Так начинается ее джазовая карьера.

Мелоди соберет залы Парижа и Лондона, выпустит совместную композицию со Стингом, а про ее альбомы будут писать The Guardian и The Telegraph.

«Эта запись не похожа на все, что я делала до нее. Здесь меньше личных переживаний – в основном это наблюдения. Это пластинка не о любви, не о страсти, не о фантазии – а о самой жизни и людях, что ее проживают» (Мелоди Гардо)

В четвертом студийном альбоме Мелоди рассказывает уже не личные, а общественные истории. Currency of Man появился под влиянием прогулок по улицам Лос-Анджелеса — она слушала разговоры бедных, бездомных, музыкантов и мечтателей. Людей с обочины города.

В песне «Preacherman» Мелоди поет о жестоком убийстве Эммета Тилла — афроамериканского подростка. В «Bad News» прерывистые гитара и голос рассказывают, что все, что у тебя есть, – плохие новости. Чувствуется усталость от мира, где бедность и боль — ежедневная норма.

При этом Currency of Man – не темный альбом, не альбом сплошной безнадеги. Он еще и наполнен светом. В «Morning Sun» Мелоди поет, что утреннее солнце здесь, чтобы поприветствовать тебя. А в «She Don’t Know» – рассказывает историю невысказанной любви. Но рассказывает нежно, а не с болью и отчаянием.

Альбом отличается от предыдущих работ не только по смыслу, но и по звучанию. Джаз сплетается с госпелом, соулом, фанком, блюзом и ритм-н-блюзом. Мелоди, с ее слов, открывает для себя «электрическую сторону» песен.

Но неизменным остается голос. Если не знать историю Мелоди, то сложно догадаться, какая боль прячется за магнетическим, меланхоличным вокалом.

«Я живу с ощущением постоянной боли, но я с ней справляюсь. Я очень медленно встаю с постели, так же медленно и постепенно разминаю тело. Мне требуется время, чтобы начать двигаться. Но если я провожу целый день в ванной, то к концу этого дня могу отыграть двухчасовой концерт, так что жизнь хороша». (Мелоди Гардо)

Мелоди выступает сидя – ей тяжело долго стоять. Не снимает солнцезащитные очки – глаза слишком светочувствительны. Ходит с тростью. Под одеждой – электрический нервный стимулятор, чтобы уменьшить боль.

До аварии Мелоди не собиралась становиться композитором и вокалистом. Да, она научилась играть на пианино в девять, а в шестнадцать – выступала с четырехчасовыми концертами – исполняла Дюка Эллингтона, Пегги Ли, Стэна Гетца и Джорджа Гершвина. Но все равно – музыка была скорее хобби – Мелоди училась на дизайнера.

Жизнь решила по-своему – сломала девушке спину. А Мелоди взяла в руки гитару вместо костылей и показала, что музыка умеет лечить не только душу.

Стас Глазко